ГлавнаяНовостиЗакон и Порядок
Кто защитит охраняемый Законом памятник?
Закон и Порядок
04.08.2016
1132
0.0

В г. Тара под вывеской партии «Единая Россия» за бюджетные деньги перестраивается памятник архитектуры федерального значения XVIII в., Спасская церковь – старейшее каменное здание и единственный образец сибирского барокко в Омской области. Церковь сумела сохраниться в реальной экономической и политической ситуации советского времени, а современная реставрация превратилась в её перестройку. Памятнику причинён вред.

Нарушается Федеральный Закон «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» от 25 июня 2002 г. № 73-ФЗ. П.1 ст.7 Федерального Закона N 73-ФЗ: «Гражданам Российской Федерации гарантируется обеспечение сохранности объектов культурного наследия в интересах настоящего и будущего поколений многонационального народа Российской Федерации...»

До начала ремонтно-строительных работ в 2015 г. на церкви в колокольне была внутренняя деревянная лестница на второй этаж. Исторических документов, подтверждающих наличие в прошлом наружной лестницы, нет.

Пристраиваемая тяжёлая наружная лестница, которой никогда ранее не существовало, по мнению профессиональных строителей, изменит напряжения и равновесие грунтов. Всё это может вызвать ускоренное разрушение колокольни, стены которой уже имеют вертикальные трещины снизу до самых проёмов звонницы.

Непонятно, на основании чего сделан вывод о существовании подобной наружной лестницы. В 2015 г. археологом С.С. Тихоновым на территории церкви были выполнены 4 разведочных шурфа, ближайший из которых находился на расстоянии около 10 м от запроектированного фундамента лестницы, и не могли подтвердить существование основания лестницы. Археологическое исследование грунтов на месте фундаментов вновь сооружаемой лестницы не проводилось.

После очередного посещения объекта заведующий сектором археологии Омского филиала ИАЭТ СО РАН Сергей Филиппович Татауров направил министру культуры Омской области сообщение следующего содержания: «Во время посещения г. Тары 12 апреля 2016 г. мною было зафиксировано разрушение культурного слоя исторического центра города у памятника федерального значения - Спасской церкви. Слева от входа в храм был вырыт котлован и траншея общей площадью около 100 кв. м. на глубину 1,5 м. (Приложение 1) В результате был разрушен культурный слой и уничтожены деревянные конструкции Спасского мужского монастыря XVII в. В 2015 г. филиал принимал участие в обследовании территории прилегающей к Спасской церкви, по результатам которого было установлено, что этот участок относится к указанному храму и имеет культурный слой до двух метров с большим содержанием керамики XVII- XVIII веков, органики и других находок. Все это указано в заключении. Котлован не прорезал полностью культурный слой, поэтому необходимо доисследовать дно котлована и его стенки. Также необходимо провести раскопки на месте установления памятного знака с правой стороны церкви, так как он по проекту будет находиться на месте прихрамового кладбища. В ходе работ 2015 г. было установлено, что на указанном участке могилы находятся на глубине 1,5-1,7 м. и располагаются по всей площади проекта».

Письмо археолога осталось без ответа, а на месте котлована в кратчайшие сроки залили фундамент будущей лестницы. Создаётся впечатление, что археологам не дали возможности провести раскопки, на основании которых был бы сделан вывод об отсутствии остатков основания фундаментов лестницы.

Фото из проекта. Северный фасад. На храмовой части на уровне 2 этажа виден высокий дверной проём, в стене колокольни – окно.

Фото из проекта. Южный фасад. На уровне второго этажа в стене храмовой части и колокольни – высокие дверные проёмы.

Фото 1960-61 г. Южный фасад.  В стене колокольни над пристройкой – заложенный снизу дверной проём. Несмотря на то, что он виден на фотографиях 1960-х годов и после снятия штукатурки в 2016 г. – в натуре, строители оставили низ проёма заложенным кирпичом.

Фото 30.07.2016 г. Вместе с разрушающимися заменены некоторые хорошо сохранившиеся элементы декора из тёсаного кирпича на бетонную лепнину.

Фото 21.07.2016 г. На месте бетонной лепнины ещё были тёсаные кирпичи.

Фото 1960-61 г. Над пристройкой заложенный снизу кирпичом дверной проём. В стене под проёмом – трещины. Пристройка (сейчас – крестильня) имела дверной проём (заложен снизу) в западном фасаде.

Представляется, что если и была наружная лестница, то у южного фасада. Наверное, не такая тяжёлая, как запроектированная кирпичная.

Продолжается строительство закрытой двухмаршевой наружной лестницы, которой никогда не было:

Фото 20.07.2016 г.

Фото 20.07.2016 г.

Фото 30.07.2016 г.

Вместе с увеличенными против оригинальных луковками-куполами, придавившими устремлённые ранее ввысь завершения колокольни и храмовой части, балконами-гирями на стенах, визуально массивная монументальная лестница с кирпичными стенами окончательно добьёт уникальный для наших мест барочный стиль здания. Церковь может выглядеть пристройкой к лестнице.

То, что нарисовали проектировщики и построили «реставраторы» на месте бывших оригинальных восьмериков, вызывает полное недоверие ко всему проекту и к строителям.

  

Непонятно, производились ли до разборки замеры оригинальных восьмериков? Каким образом проводилась экспертиза состояния восьмериков до разборки? Почему не было выявлено наличие существовавшей старинной фрески на нижней поверхности купола перекрытия восьмерика, которой очень гордился бывший настоятель храма Роман Петрович Коздринь, и фото которой имеется? Почему не было выполнено укрепление свода восьмерика (обоймой, например) и не произведена замена ветхих кирпичей в простенках восьмерика? Декоративные элементы восьмериков работники министерства культуры области в ответе в адрес А.А. Аскаленко называют лепниной. Все эти элементы на обоих восьмериках были выполнены из тёсаного кирпича в массиве кладки.

«Реставрация» Спасской церкви в г. Таре продолжается, и, похоже, никто не собирается возвращать восьмерикам над храмовой частью исторический вид. Представителем генподрядной организации Царёвым Олегом Фёдоровичем решено вернуть восьмерикам вид, который был до 2015 г., уже значительно искажённый при ремонте церкви в 1970-80-е годы. Фотографии 1960 г. имеется. Проекта исправления ситуации нет.

Изменение размеров восьмерика-резонатора неминуемо изменит уникальную, восхитительную акустику помещения.

Фото 20.07.2016 г.

Фрагмент баннера у церкви. Мы предполагали, что так, по проекту, должно было выглядеть завершение храмовой части после реставрации. Но и это – не то, что было раньше.

Фото 1960-61 г. Оригинальный декор уничтоженных восьмериков на храмовой части.

 

Уничтоженная фреска под куполом перекрытия снесенного восьмерика

Непонятно, на каком основании сделаны выводы о том, что ранее существовали балконы на уровне второго этажа, а не ограждения проёмов открывающихся окон, которые служили для проветривания второго, неотапливаемого ранее, этажа, и для того, чтобы можно было за пределами храма слушать пение хора. При этом вновь сооружаемые балконы, как представляется, совершенно не соответствуют стилю барокко.

Вновь построенный балкон на северном фасаде храмовой части (фото 11.06.2016).

Неизвестно о существовании документальных подтверждений того, что ранее были балконы, тем более подобного вида. Как неизвестно о документах, подтверждающих существование в прошлом наружной лестницы (тем более подобного вида). В проектной документации таких подтверждений нет. На каком основании изменяется облик памятника? Без оснований не только изменяется вид здания, но и вносятся изменения в несущие конструкции, ослабляющие их.

В капитальной несущей стене колокольни на северном фасаде на уровне первого этажа в соответствии с проектом (!) пробит проём для двери в пристраиваемый тепловой узел, запроектированный под вторым маршем вновь строящейся наружной лестницы. Тем самым уменьшена площадь горизонтального сечения стены. При этом стена под увеличенным оконным проёмом уже имела вертикальные трещины, и вместо деревянного лёгкого перекрытия (с проёмом для бывшей деревянной внутренней лестницы на второй этаж) сооружено тяжёлое арочное перекрытие. Одна сторона арки опирается на стену, в которой пробит проём в тепловой узел. Установленный тяж не проходит сквозь стены и вряд ли компенсирует вновь возникшие горизонтальные нагрузки распора арки.

Срублена выступавшая часть цоколя вровень со стеной у теплового узла – изменён вид и уменьшена площадь горизонтального сечения стены.

Пробита штроба в наружной стене колокольни для прокладки труб отопления от теплового узла на второй этаж – уменьшена площадь горизонтального сечения стены.

Срублена часть цоколя (фото 11.06.2016).

Пробивается проём в наружной стене колокольни для двери в тепловой узел (фото 11.06.2016).

Штроба в стене колокольни на северном фасаде  (фото 11.06.2016).

По требованию пожарных в храме должна быть сооружена система пожаротушения – проложены так называемые сухие трубы для подключения пожарных машин и подачи воды под купол. Строители предложили «удачный» вариант – разместить их в существующих дымоходах внутри стен. Но к ним нужно добраться, значит, опять долбить несущие стены.

В 2007 г. в двух нижних ярусах были заменены деревянные окна на пластиковые. Проёмы имеют разный размер, и ранее окна отличались по размеру. При современной «реставрации» установлены деревянные окна одинакового размера. Искажён внешний вид фасадов.

При выявлении новых элементов конструкции строителями принимаются решения без дополнительных исследований. Так, под металлической дверью в северном фасаде  выявлены металлические изделия, навесы, и существовавший ранее проём ниже уровня земли. Археологов об этом не извещают.

Вновь выявленный проём под металлической дверью в храмовую часть на северном фасаде (фото 11.06.2016).

Металлический навес дверей (фото 11.06.2016).

Фото 1960-61 г.

Оригинальный верхний восьмерик на колокольне – шея луковки – был в форме усечённой пирамиды, (а не призмы, как теперь) В 1990-е была сброшена луковка и установлена новая, намного большего размера, деревянная, обшитая медью, с деревянным, обшитым медью позолоченным крестом. В 2001 г. верх колокольни был разбит молнией вместе с шеей луковки и верхом восьмерика (до уровня выше проёмов в восьмерике над звонницей). В 2001 же году вместо разбитых молнией были установлены шея луковки из монолитного бетона и луковка ещё большего размера, покрытая нитридом титана, с тем же крестом, – стоят до сих пор.

На храмовой части в 1990-е годы тоже была заменена луковка на новую, деревянную, обшитую медью, и установлен тоже деревянный, обшитый медью, позолоченный крест. Новая луковка тоже была больше оригинальной. В 2002 г. она была заменена на новую, ещё большего размера, покрытую нитридом титана, с тем же крестом. В 2016 г. при новом строительстве верха храмовой части опять была заменена луковка и крест. Вновь поставленные – покрыты нитридом титана. При этом луковка стала ещё шире и ниже. Наверное, человек, принимавший решение о её размерах и пропорциях, был совершенно не знаком с особенностями восприятия её вида снизу, с земли. В итоге она кажется неестественно сплюснутой и широкой.

А.А. Аскаленко видел оригинальные сброшенные купола-луковки. Они были сделаны из массивных полос железа, собранные на заклёпках, прочные. При падении только чуть-чуть сплюснулись от удара о землю. Советская оцинковка слетела, были видны остатки проржавевшей железной обшивки со следами позолоты.

 

Соотношение размеров оригинальных луковок и барабанов, а также шея луковки колокольни в форме усечённой пирамиды, подчёркивали устремлённость церкви в небо, её барочный стиль (Фото 1980-х г.)

У свода окна в южной стене пристройки сбиты выступы замковых камней и, по решению  строителей исходя из их «эстетических» соображений о красоте памятника (!), вокруг проёма сооружены декоративные элементы, которых раньше не было. (Пристройка сложена на известковом растворе, т.е. не позднее начала XX века) (фото 11.06.2016).

Продолжается «улучшение» памятника строителями. Фото 20.07.2016 г.

Заложен расширенный исторически существовавший проём в колокольне на южном фасаде (вероятно, служил для подачи большого колокола).

Фото 1960-1961 г.

Фото начала 1980-х гг.

Фото 20.07.2016 г. «Исправленный» проём в стене колокольни.

На звоннице колокольни убраны существовавшие ранее деревянные ограждения проёмов и устанавливаются металлические. Свидетельств существования металлических ограждений нет. Если ранее были металлические, наверняка они бы сохранились до нашего времени.

Фото 30.07.2016 г.

Фото 30.07.2016 г. Гнёзда заделки бывших горизонтальных деревянных балок ограждения проёмов. Следов цементного раствора в гнёздах нет, т.е. они выполнены до советского времени. 

Фото 03.05.2008 г. Так выглядели ограждения до «реставрации».

Заменены на бетонную лепнину тёсаные кирпичи у дверей установленного балкона на северном фасаде храмовой части. Следов крепления ограждений якобы существовавших балконов нет. Фото 21.07.2016 г.

Фото 21.07.2016 г.

Якобы разрушившиеся тёсаные кирпичи, которые заменены на бетонную лепнину. Фото 21.07.2016 г.

Наверняка ответственная экспертиза обнаружила бы ещё не одно «художество» строителей. После совещания на церкви 21 июля 2016 г. с участием представителей Министерств культуры России и Омской области, партии Единой России, по команде представителя Единой России «реставрационные» работы ускорены. Глумление над памятником продолжается. Участники процесса, наверное, понимают, что нарушают закон. И всё равно продолжают это делать. Почему?

Новое строительство никогда не существовавшей монументальной двухмаршевой наружной лестницы наверняка ведётся по расценкам реставрации, которые намного выше общестроительных.

Согласно пп. 6 п.2 ст.45 Федерального закона N 73-ФЗ «Работы по консервации и реставрации объектов культурного наследия, включенных в реестр, или выявленных объектов культурного наследия проводятся физическими лицами, аттестованными федеральным органом охраны объектов культурного наследия…».

Общая цена реставрации, озвученная на совещаниях в 2015 г., – 220 миллионов рублей, это около 28 % бюджета всего Тарского районана 2016 г.,– будет «освоена» бригадой местных строителей на церкви за полтора года. Вот это производительность!!

Как такой дорогостоящий проект мог быть утверждён без достаточной предварительной подготовки к проектированию и качественной экспертизы? Почему церковь не приводится в исторический вид, а перестраивается в угоду чьим-то представлениям о красоте и удобстве использования? Какое отношение имеют эти люди к культуре и духовности? Нанесён ущерб памятнику. Кто за это будет отвечать? Как вернуть памятнику его исторический облик и способствовать его сохранению?

Невозможно представить, что инициаторы и участники порчи памятника не знакомы с требованиями закона. А если знакомы, значит, творят это осознанно. Кому и почему это нужно?

На вопросы, поставленные здесь, неравнодушные общественники Тары без по-настоящему компетентных людей и организаций ответить не могут. Кто даст перечисленным фактам юридическую квалификацию?

Мы обращались с информацией о «делах» реставраторов во многие инстанции. 1 июля 2016 г. А.А. Аскаленко обратился к члену Совета Федерации от Омской области А.И. Голушко с информацией о «реставрации» церкви, просьбой помочь вернуть памятнику его исторический облик и способствовать его сохранению. О реакции сенатора на это обращение нам неизвестно.

Из статьи 47.3. Федерального закона N 73-ФЗ:«Требования к содержанию и использованию объекта культурного наследия, включенного в реестр, выявленного объекта культурного наследия

(введена Федеральным законом от 22.10.2014 N 315-ФЗ)

1. При содержании и использовании объекта культурного наследия, включенного в реестр, выявленного объекта культурного наследия в целях поддержания в надлежащем техническом состоянии без ухудшения физического состояния и (или) изменения предмета охраны данного объекта культурного наследия лица, указанные в пункте 11 статьи 47.6 настоящего Федерального закона, лицо, которому земельный участок, в границах которого располагается объект археологического наследия, принадлежит на праве собственности или ином вещном праве, обязаны:

1) осуществлять расходы на содержание объекта культурного наследия и поддержание его в надлежащем техническом, санитарном и противопожарном состоянии;

2) не проводить работы, изменяющие предмет охраны объекта культурного наследия либо ухудшающие условия, необходимые для сохранности объекта культурного наследия;

3) не проводить работы, изменяющие облик, объемно-планировочные и конструктивные решения и структуры, интерьер выявленного объекта культурного наследия, объекта культурного наследия, включенного в реестр, в случае, если предмет охраны объекта культурного наследия не определен;

4) обеспечивать сохранность и неизменность облика выявленного объекта культурного наследия

Кто должен отвечать за сохранение памятника? Это чётко прописано в законе.

Ст.47.6 п.11 Федерального закона N 73-ФЗ: «Если иное не установлено настоящим пунктом, охранное обязательство подлежит выполнению физическим или юридическим лицом, которому объект культурного наследия, включенный в реестр, принадлежит на праве собственности, в том числе в случае, если указанный объект находится во владении или в пользовании третьего лица (третьих лиц) на основании гражданско-правового договора.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, предоставлен на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления унитарному предприятию или учреждению, охранное обязательство подлежит выполнению унитарным предприятием или учреждением.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, находится соответственно в федеральной собственности, государственной собственности субъекта Российской Федерации, муниципальной собственности и не передан на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления унитарному предприятию или учреждению либо не передан в безвозмездное пользование, от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования охранное обязательство подлежит выполнению федеральным органом исполнительной власти, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, органом местного самоуправления, уполномоченными на осуществление полномочий собственника соответствующего имущества.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, находится соответственно в федеральной собственности, государственной собственности субъекта Российской Федерации, муниципальной собственности, не передан на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления унитарному предприятию или учреждению, а передан в безвозмездное пользование на основании гражданско-правового договора юридическому лицу, охранное обязательство подлежит выполнению таким лицом.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, принадлежит на праве собственности нескольким лицам, охранное обязательство подлежит выполнению каждым из указанных лиц.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, предоставлен на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления нескольким унитарным предприятиям и (или) учреждениям, охранное обязательство подлежит выполнению каждым унитарным предприятием и (или) учреждением.

В случае, если объект культурного наследия, включенный в реестр, находится соответственно в федеральной собственности, государственной собственности субъекта Российской Федерации, муниципальной собственности, не передан на праве хозяйственного ведения либо оперативного управления унитарному предприятию или учреждению, а передан в безвозмездное пользование на основании гражданско-правовых договоров нескольким юридическим лицам, охранное обязательство подлежит выполнению каждым из таких лиц».  

То, что творят сейчас за бюджетные, т.е. за наши с вами, деньги с памятником федерального значения, старейшим каменным зданием на территории Омской области, построенном во второй половине XVIII в., Спасской церковью, иначе как глумлением над памятником и памятью назвать мы не можем и не хотим с этим мириться.

Фото 11.07.2003 г.

От имени инициативной группы по сохранению памятника,

Анатолий Андреевич Аскаленко.

2 августа 2016 г.




Комментарии (0)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]