ГлавнаяНовостиКультура, архитектура, искусство
Константин Рехтин: «Такая "Чайка" в тарском театре могла появиться только сейчас»
Культура, архитектура, искусство
16.11.2017
72
0.0

19 ноября в Таре стартует III Всероссийский театральный фестиваль «Сотоварищи», который откроет премьера «Чайки» Северного драматического театра им. Ульянова. Корреспондент «ОМСКРЕГИОНА» побывал на репетиции спектакля и встретился с главным режиссером театра Константином Рехтиным.

— Константин Викторович, с чем связан такой длительный период подготовки этого спектакля — три года?

— Это очень сложная пьеса. Во-вторых, нужно было понять, как ее играть в городе Таре. Может быть, в этом и была самая большая сложность. Эта сложная философская история должна быть очень понятна человеку, даже, может быть, вообще и не читавшему Чехова, кроме «Каштанки».

— Хотите сказать, адаптируете чеховскую «Чайку» специально для тарчан?

— Слово «адаптируем» не очень корректное. В каком-то смысле, такая «Чайка» выросла здесь, и она могла появиться только в Таре. Если бы я жил в Омске или каком-то другом городе, постановка была бы другой. Мне надо было прожить здесь 15 лет, чтобы прийти к этому спектаклю и именно здесь его ставить.

— Каково же ваше видение этой истории?

— Действие этой пьесы происходит в глубокой провинции, и главные герои тоже провинциалы, люди, что называется, корневые. Они живут среди природы, у них определенный уклад жизни. Кроме того, их окружают еще три персонажа, которые обозначены у Чехова: Яков, повар и горничная. Мне они показались здесь важными, придумывается их история, и в каком-то смысле вся история «Чайки» воспринимается их глазами.

— Ранее вы рассказывали, что решили приобрести для этого спектакля особенный реквизит. Что в нем необычного?

— Да, мы решили купить антикварную мебель. Это разные стулья конца XIX — начала XX века, то есть чеховского периода. Какие-то элементы реквизита, которые мы не потянули по деньгам в антикварном салоне, изготавливаются. Однако что-то сделать было невозможно, поэтому это приобретается. Но для этого спектакля это действительно нужно. Например, настенные часы — они должны быть именно старинными. Потому что главный вопрос спектакля — куда уходит бесценное время, которое нам дается? Эти часы у зрителя перед глазами, и в них должно чувствоваться время. И в этих стульях — по ним тоже должно быть понятно, что на них сидело много-много людей, и они тоже прожили свою жизнь — возможно, немного бестолково, как и сами персонажи.

— Как я понял из репетиции, у вас в каком-то плане интерактивный театр и вы в буквальном смысле приходите к зрителю.

— Рядом со сценой у нас зрительская часть, которая в этом спектакле будет нами освоена. Периодически мы тут играем, но декорации устанавливаем впервые. Нам хочется максимально приблизить зрителя к постановке. Он должен почувствовать себя в этом болоте, в котором сидят все герои спектакля.

— Тарские зрители откликаются на ваши эксперименты?

— Надо отметить, что не все спектакли у нас такого плана, мы научились делать разные постановки — и репертуарные, очень простые по оформлению и текстам. Чаще всего это комедии и мелодрамы. Но постановки такого рода, как «Чайка», у нас обязательны, потому что это определенная художественная планка для всего театра, для актеров и для меня.

— Находясь в малом городе, своего зрителя вы, наверное, знаете уже наизусть?

— Да, мы его знаем и очень любим, очень им дорожим. Это большое счастье, что мы можем рисковать и иногда экспериментировать — знаем, что если нас сходу не поймут, то, во всяком случае, не отторгнут.

— У вас молодой актерский состав. Откуда приходят артисты?

— Часть ребят приехали в Тару вместе со мной, но их уже осталось совсем мало. Кто-то пришел попозже, а кто-то совсем юный и пришел в этом году. Это актриса Арина Сидорова, которая играет в «Чайке» Машу. Треплева здесь же играет Максим Цибанюк. Они приехали ко мне из Барнаула сразу после актерского курса в Институте культуры. Я ездил к ним на отсмотр и был на экзамене. Еще один молодой актер, Александр Черепков, в постановке играет Якова.

В прошлом году к нам пришла Наталья Канунникова. Она окончила Омский музыкально-педагогический колледж и сейчас заочно учится в Екатеринбурге, в театральном институте.

— Театр предоставляет иногородним артистам жилье?

— Да, у нас есть жилищный фонд, сформированный еще при открытии театра.

— Вы в Таре с момента основания Северного драматического театра. За эти годы что-то изменилось?

— Конечно, очень изменился город. Я вспоминаю, как мы сюда приехали — не очень хорошо заасфальтированные улицы, много частного сектора кругом. И когда 15 лет назад сюда высадился наш десант, мы шли по темным улицам Тары, было грустное и тоскливое ощущение, вдохновляла только предстоящая интенсивная работа. Сейчас все облагораживается, изменяется, освещается. Нам построили красивый, удобный и уютный театр.

— Можно сказать, что он по-прежнему культурная и архитектурная доминанта города?

— Да, тарчане нас любят и дорожат нами. У меня часто бывают командировки, и, когда я заказываю такси, водители у меня всегда напряженно спрашивают: «А куда вы едете? Вы от нас не уезжаете?»

— Как мне кажется, появление на севере области, в Таре, такого театра — это была воля одного человека — экс-губернатора Леонида Полежаева...

— Но ведь у нас такая страна — у нас все происходит по воле каких-то личностей, и столицы так строятся, и театры. Думаю, можно сказать, что это был хороший каприз человека. Он очень сильно рисковал, и особенно в плане подбора творческих кадров. Михаил Ульянов на самом деле был против создания здесь театра. Я знаю об этом из первых уст. Он очень хорошо знал свой город и понимал, какие при этом одаренные творческие силы сюда поедут. Он был очень скептически настроен, но еще более непримиримым оказался Леонид Полежаев. Но им повезло с актерским курсом, который в этот момент оказался не очень нужным в Омске, и ему нашлось место здесь.

Но если честно сказать, та труппа талантливых, влюбленных в свое дело, дорожащих именно этим театром, понимающих меня и, не буду скрывать, любимых мною людей собралась только через 15 лет. Это очень длительный, очень болезненный процесс. Но сейчас у нас очень доверительная атмосфера на репетициях, никто здесь не лукавит, все очень искренние, ни у кого нет «камней за пазухой». Вот и поэтому возникла «Чайка», а раньше она появиться не могла.

С директором у нас также полное взаимопонимание. Мы находим общий язык по всем вопросам, и он понимает, что мне и артистам надо прежде всего заниматься творчеством. Мы не можем работать только на выполнение госзадания и делать какие-то спектакли, чтобы собирать кассу. Но мы все равно занимаемся современной драматургией, экспериментальными постановками, хотя на это остается очень мало сил.

— 19 ноября в Таре откроется уже третий фестиваль «Сотоварищи». А вы помните, как все начиналось?

— Еще в год открытия нового здания театра на коллегии в минкульте я предложил как одно из направлений развития театра учреждение фестиваля. Какого именно, еще не было известно. Михаил Александрович Ульянов тогда еще был жив. Мне позвонили из министерства и предложили сделать этот фестиваль региональным, пока с участием омских театров, и говорят — придумайте название. Я сразу вспомнил слово «сотоварищи», необычное, которое редко употребляется в обиходе. Именно с ним Михаил Ульянов обращался к нам при встрече, когда мы приезжали в Москву, и в открытках приписывал: «Сотоварищи по искусству, а не по ремеслу».

Когда фестиваль уже получил продолжение, мы решили, что его спектакли все-таки должны быть больше гражданской направленности, а не развлекательного, коммерческого характера. Здесь должно ярко являться авторское лицо театра.

А в этом году мы учредили еще один фестиваль «Лики» и, вероятно, будем продвигать его дальше. Это спектакли духовной направленности, и мы показывали постановку по рассказам протоирея Андрея Ткачева «Страна чудес». Пока на этот фестиваль к нам приезжали три коллектива из Омска.

— Вы и сами часто бываете в Омске с гастролями. Ранее шла речь о том, чтобы здесь у вас была своя сценическая площадка, предлагался ДК «Рубин». Не срослось?

— Да, мы на этой площадке играли год. Мы показали много спектаклей, почти каждый месяц, но там все оказалось не так просто. На этой площадке идет интенсивный кинопрокат, и ради нас его сворачивать не будут. Нам сложно вписываться в их график, и сейчас мы временно приостановили работу на этой площадке. Но мы постоянно играем на сцене Омского дома актера. 25 ноября здесь будет наша премьера — спектакль «Папин след» по произведению Вормсбехера. В Омске нас любят, здесь у нас также появился свой постоянный зритель, и прокат идет хорошо.


Автор Алексей Пантелеев. Фото Алексей Пантелеев
Источник © Информационное агентство «ОМСКРЕГИОН»


Теги:Ульянов, Рехтин, Северный драматический театр, театр


Читайте так же

Комментарии (0)

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]