Дом купцов Айтыкиных, 2017 год. Фото автора.

В прошлом году Министерство культуры Российской Федерации совместно с ПАО «ДОМ.РФ» объявили о запуске программы поддержки инвесторов объектов культурного наследия. В официальных релизах она подаётся как системное решение многолетней проблемы: памятники архитектуры предполагается приводить в удовлетворительное состояние за счёт внебюджетных средств и адаптировать под современные функции – гостиницы, культурные центры, арт-пространства, общественные кластеры.

Звучит убедительно и даже оптимистично. Однако при внимательном рассмотрении того, как программы, подобные этой, реализуются на местах, особенно в малых исторических городах, возникает ощущение, что речь идёт скорее о декларации намерений, чем о реальном механизме спасения наследия.

Тара в этом смысле является показательным примером. Один из старейших городов Сибири, некогда обладавший уникальной деревянной и каменной застройкой XIX – начала XX века, уже много лет последовательно теряет свои исторические дома. Происходит это не внезапно и не из-за стихийных бедствий, а медленно, на глазах у горожан, с молчаливого согласия или при формальном участии властей.

Сегодня на сайте программы ДОМ.РФ в Омской области представлены четыре тарских объекта культурного наследия: дом священника Семёна Павловича Александрова, дом Кориковых-Михайловых, дом купцов Айтыкиных и дом купца Н. В. Шанского (Шаинского). Формально это выглядит как попытка спасти хотя бы часть уцелевших памятников. Фактически же возникает стойкое ощущение очередного круга давно знакомой истории.

Дом Корикова-Михайлова, 2024 г. Автор – Григорий Никуленко.

Даже беглый взгляд на карточки объектов на официальном сайте выявляет симптоматичные неточности. Дом священника Александрова обозначен безымянно как «Дом конца XIX века», будто бы у здания никогда не было конкретного владельца, биографии и роли в городской истории. Дом Кориковых-Михайловых значится «каменным зданием XIX века», хотя на самом деле он деревянный. Эти ошибки нельзя считать просто техническими. Они отражают общее, поверхностное отношение к наследию, при котором объект существует как абстрактная единица в реестре, а не как часть живой городской ткани.

При этом по состоянию на сегодняшний день инвестора не удалось найти ни для одного из представленных в Омской области объектов, включая все четыре дома в Таре. И это при том, что каждый из них десятилетиями находится в фокусе общественного внимания, обсуждается в СМИ, на круглых столах, в профессиональной и краеведческой среде.

Особенно показательна судьба дома священника Семёна Павловича Александрова на Александровской улице – одного из самых красивых деревянных домов города, памятника регионального значения. После пожара 2008 года и расселения в 2017-м здание пустует и стремительно разрушается. При этом говорить о полном бездействии общественности было бы несправедливо.

Дом священника Александрова. 24.09.2016 г. Фото автора.

В октябре 2023 года художник и дизайнер Анна Кальницкая публично представила концепцию малой арт-резиденции «Дом с мезонином», а весной прошлого года – её фирменный стиль. Проект предполагает не просто реставрацию здания, но его возвращение в городскую жизнь через исследовательскую, художественную и образовательную деятельность.

Более того, именно такой сценарий был заложен и в мастер-плане развития Тары, разработанном при участии ДОМ.РФ. Авторы мастер-плана прямо подчёркивали, что размещение в доме Александрова обычной гостиницы недопустимо, так как здание вновь окажется закрытым для горожан. Предлагалась открытая арт-резиденция с мастерскими, выставочными пространствами, программами для художников, дизайнеров, музыкантов, работой со школьниками и студентами, партнёрствами с фестивалями и локальным бизнесом.

Прошло более двух лет. Проект до сих пор даже не начал реализовываться, дом продолжает разрушаться. И теперь он фигурирует уже в новой программе ДОМ.РФ, без ясных пояснений о судьбе прежней инициативы. При этом ни автор концепции, ни представители местных властей не раскрывают подробностей происходящего. В результате складывается ощущение, что дом Александрова вновь оказался в подвешенном состоянии, а время, как обычно, работает против него.

Не менее показательной является история дома купцов Айтыкиных. Ещё в далёком 2019 году на круглом столе в Таре обсуждалась идея создания здесь музея истории и культуры коренных народов Омской области. Участники подчёркивали уникальное значение здания, связанного с древним родом Айтыкиных и историей ислама в Сибири. Говорили о создании фонда, о туристических маршрутах, о межнациональном диалоге и сохранении памяти. Прошло почти семь лет. Музей так и не появился, дом продолжает разрушаться, а прежние инициативы остались лишь в протоколах и публикациях.

Дом купцов Айтыкиных, 2024 год. Автор – Константин Лосевский.

Дом купца Шанского дополняет эту картину. В конце нулевых его приобрела частная компания, однако, узнав уже после сделки о статусе объекта культурного наследия и связанных с этим обременениях, отказалась от собственности и через суд вернула деньги. Этот случай наглядно показывает, почему статус памятника в Таре чаще отпугивает инвесторов, чем привлекает их, если за ним не следует реальная поддержка, сопровождение и внятные правила игры.

Дом купца Н.В. Шанского. Сентябрь 2024 г. Фото автора.

На фоне нынешних попыток особенно остро воспринимаются утраты прошлых лет. В 2013 году под видом «противоаварийных работ» было снесено уникальное здание гимназии в Щербаковском переулке. В 2012 году исчез магазин купца Орлова на Пятницком косогоре, сначала потерявший кровлю, затем второй этаж и, в итоге, саму память о себе, сохранившуюся лишь на старых фотографиях и картинах местных художников. Были уничтожены дома Носковых, Шкляевой, почтово-телеграфная контора. Каждый раз – без наказаний, без выводов, без попытки системно изменить ситуацию.

Обещания «воссоздать копию», «вернуться к вопросу», «проработать концепцию» звучат регулярно, но за ними редко следуют реальные действия. В результате складывается парадоксальная ситуация: в городе обсуждают мастер-планы, туристические кластеры, фестивали и точки притяжения, но при этом год за годом теряют сами основания для этого развития – подлинную историческую среду.

Главная проблема Тары заключается не в отсутствии программ, идей или концепций. Их более чем достаточно. Проблема в отсутствии устойчивого, ежедневно работающего механизма сохранения наследия на местном уровне. Памятники оказываются потерянными между уровнями власти, между формальными полномочиями и реальной ответственностью, между громкими заявлениями и практическим бездействием. В такой системе даже самая привлекательная федеральная программа остаётся лишь красивой витриной.

Именно поэтому нынешняя попытка «спасти» четыре тарских дома через ДОМ.РФ вызывает не надежду, а вполне понятный скепсис. Слишком хорошо в нашем городе знают, чем обычно заканчиваются подобные инициативы. Каждый год Тара, а вместе с ней и вся страна, становятся беднее. Теряя деревянные двухэтажные дома, мы теряем не только архитектуру, но и память, идентичность, саму ткань города. И пока это происходит открыто, почти буднично, надежда на то, что на этот раз всё будет иначе, увы, выглядит всё более призрачной.